Муж умершей во владимирском роддоме женщины выступил с криком души

Там, где должны появляться новые жизни, все чаще наступает смерть. И эти слова – про родильные дома во Владимирской области. В этот раз в центральном медучреждении такого профиля умерла роженица – здоровая и благополучная 29-летняя Анастасия. Спустя несколько дней после ее гибели муж женщины опубликовал обращение в соцсетях, назвав его «Обреченная на смерть в роддоме» и подписав «С отчаянием и надеждой, Олег Шаров».

Редакция «День во Владимире» не станет брать фрагменты из письма – а опубликует его целиком. В нем – вся боль, трагедия и сломленные судьбы одной семьи. Семьи, в котором двое детей остались без матери, муж – без любящей жены, родители – без единственной дочери.

ОБРЕЧЕННАЯ НА СМЕРТЬ В РОДДОМЕ

В родильном доме должны появляться новые жизни. И смерть, там, где душа появляется вместе с телом, аномальное явление.

Никто не думал из нас, ни я, любящий свою Настю, человек, ни ее родители, ни старший сын, что отправляя на роды в Центральный роддом города Владимира (бывший роддом № 2), беременную женщину, что через час она умрет, а ребенок появится на свет бездыханным, в результате незапланированного кесарева сечения. Я пишу эти строки, и у меня дрожат руки. Я, который теперь должен объяснять детям, куда делась их мама. А объяснить нечего. Потому что её забрала не болезнь. Её жизнь забрали в родильном доме, там, где она добросовестно наблюдалась и выполняла все рекомендации врачей, своевременно встав на учет.

Анастасии не стало несколько дней назад, а вчера ей исполнилось бы 30 лет, она была любящей матерью, любила жизнь, природу, Питер, старалась быть еще красивее для меня, мы хотели иметь много детей.

Что произошло в этом роддоме до сих пор неизвестно. Мы приехали туда своими ногам, жена шутила, мы с ней договорились о том, что она мне сообщит, что планируют, врачи, и последние слова были слова о любви. Это было в двенадцатом часу ночи, а уже через час, согласно справке о смерти она умерла. Как такое может быть…

Это было в ночь с пятницы на субботу, и мне непонятно, где же были врачи и их руки, которые должны спасать. При этом, нам никто не сообщил, что случилось, а скупой звонок от главного врача был только после 10 часов утра и то, последний просто попросил нас подъехать в роддом. Руководитель роддома сказал сначала, что был тромб, потом сказал эпилепсия, придуманная наверно за полчаса до нашего прихода, в общем путался в показаниях. Говорил так, что Настя как бы сама себе причинила смерть и тяжелое состояние ребенку, которого достали, со слов главного врача, практически из ее трупа. Родители Насти просто рухнули от таких слов. Хорошо, что все Настины документы и медицинская карта есть и хранится у родителей, так как непонятно, какие врачебные версии нас еще ожидают.

Очнувшись от шока и похорон, мы подали заявления в Следственный комитет и прокуратуру. На момент подачи заявлений они ничего не знали о смерти моей жены, никаких сведений нет. Смерть роженицы в родах – обязательный повод для проверок всех уровней.

Мои вопросы, которые я хочу задать публично:

Почему здоровую женщину, которая переписывалась с мужем за час до смерти, объявляют мертвой на следующий день? Откуда на лице гематомы с проколом, если по версии врачей была «эпилепсия»? Почему роддом трижды меняет причину смерти и скрывает карту? Не иначе, как «заметают» следы.

Я буду бороться за правду ради памяти жены и ради детей. И я обращаюсь ко всем, кто слышит эту историю: задумайтесь, берегите своих близких, думайте – где рожать, не становитесь следующими.

У меня отняли жену, у родителей – единственную дочь, у детей – мать. И теперь делают вид, что ничего не произошло.

Я умоляю вас, дайте огласку этой истории. Пусть каждый увидит нашу трагедию. Пусть чиновники от медицины и следственные органы наконец-то увидят не номер дела, а глаза двух детей, оставшихся без матери, по чужой халатности.

Молчание и бездействие убивают второй раз. Не дайте им похоронить правду.

С отчаянием и надеждой,
Олег Шаров.